• В корзину

    Севастопольские рассказы. Казаки

    $32.72
    «Севастопольские рассказы» — полухудожественные, полурепортажные очерки из горячей точки 1855 года. Толстой показывает войну, как никто до него, и вырывается в первые ряды русской литературы. <...> Л. Н. Т. описывает войну от лица субъекта, который не окончательно понимает смысл происходящего, а лишь наблюдает внешние контуры явления. Интонация эта задана и четче всего проявлена в «Севастополе в декабре», страшный четвертый бастион представлен лишь как одна из городских локаций, кровь и смерть не мешают музыке на бульваре <...> «Казаки» — одна из вершин реалистической прозы XIX века, в которой Толстой пересматривает романтические стереотипы о Кавказе и ставит вопрос: что вообще значит быть человеком? О «Казаках» будут часто вспоминать лишь редкие эстеты и ценители толстовского искусства наподобие Ивана Бунина: «Это нечто сверхчеловеческое! Я прямо руками развожу. Как можно так писать!»  
  • В корзину

    Оно мне надо

    $32.44
    О чем Литературные дневники Эмира Кустурицы, охватывающие период с 1994 по 2018 год. В них автор делится глубоко личными — зачастую циничными и противоречивыми — взглядами на кино, политику и человеческую природу. Повествование начинается в период распада Югославии и Боснийской войны, когда режиссер работает над знаменитым «Андерграундом», и проходит через два десятилетия. Автор эмоционально переживает трагедию своей родины. Он описывает абсурдность войны и боль от потери Сараева. Кустурица рассуждает о различиях между «естественным» и «искусственным» в кино, о роли режиссера как алхимика и о трудностях создания фильмов в период глубокого кризиса. На протяжении всего повествования Кустурица задается вопросом: «Оно мне надо?», рефлексируя о смысле своих действий, о роли художника в турбулентные времена и стремлении избежать провала, как морального, так и финансового, — и тут же отвечает на него утвердительно. Я вырос на идеях Просвещения и просто цепенел оттого, как далеко может зайти человеческая зависть. Для кого Для всех, кто интересуется мемуарной прозой и переводной литературой, для поклонников современного искусства, в том числе творчества Эмира Кустурицы. Великое дело, если человек верит, что ложь не может стать правдой. Если бы все лгали, а мы знаем, что в этом мире остается все меньше и меньше тех, кто говорит правду, и если бы остался только один человек, который не лжет, то стоило бы быть на его стороне.
  • В корзину

    Перекресток. Тьма в полдень

    $52.94
    Юрий Григорьевич Слепухин (1926–1998) — писатель сложной и необычной судьбы. Родился в городе Шахты Ростовской области, детство прошло на Северном Кавказе, в Пятигорске и Ворошиловске (ныне Ставрополь). Во время войны Ворошиловск был оккупирован, и Слепухина, 17-летнего юношу, вместе с семьей в 1943 году угнали на принудительные работы в Германию. Освобожденные войсками союзников Слепухины были вывезены в Бельгию, где прожили в вынужденной эмиграции два года, а затем переехали в Аргентину. В 1957 году Юрий Слепухин вернулся в Советский Союз. Эти жизненные перипетии и опыт наблюдения за происходящим по обе стороны земного шара легли в основу большинства его произведений. Свой первый роман «Перекресток», продиктованный ностальгией по далекой родине и детству в южном городке последних предвоенных лет, Слепухин начал писать еще в Аргентине, в 1949 году. Он и не предполагал, что это станет началом захватывающей тетралогии о Второй мировой войне, которую впоследствии назовут «Войной и миром» XX столетия. Роман вышел в 1962 году, а в 1968-м увидело свет его продолжение — роман «Тьма в полдень». В центре повествования — жизнь в оккупированном городе, новая для русской литературы тема, а также возникновение и гибель молодежного подполья.
  • В корзину

    Звездный десант

    $15.83
    Землю атакует страшный враг — цивилизация разумных насекомых. Понять их, договориться с ними невозможно — остается только уничтожать, пока не уничтожили тебя. И только если ты перенес эту боль, эти лишения — ты получаешь право решать за других. «Я пытался выявить… некую фундаментальную основу поведения человека, и я пришел к выводу, что единственная основа, которая не требует бездоказательных предположений, — это вопрос выживания» — так обозначил Хайнлайн главную тему «Звездного десанта» в письме другому классику, Теодору Старджону. Ну а Пол Верховен в своей нашумевшей экранизации классического романа сатирически заострил хайнлайновскую «милитаристскую утопию», которая, если приглядеться, не слишком отличима от антиутопии. Роман заслуженно получил самую престижную из «фантастических» премий — «Хьюго».